ИНСТИТУТ
МИРА И
ДЕМОКРАТИИ

Анализ правонарушений на судебном процессе «Нардаран-3»


Бакинский Суд по тяжким преступлениям


Дело №1(101)-247/2017

6 декабря 2017 года
Председательствующий судья: Зейнал Агаев
Судьи: Азад Меджидов, Сабухи Гусейнов
Государственные обвинители: Али Алиев, Орхан Кангарли

Обвиняемые: Зульфугар Микаилов, Фаиг Аллахвердиев, Али Гусейнов, Мехман
Гулиев, Мехман Мамедов, Эльдар Буньядов, Эльман Агаев, Эльхан Гасанов, Рамиль
Сейфуллаев, Мубариз Ибрагимов, Рузи Исмайлов, Джабир Алиев

Защитники: Рамиз Мамедов, Зибейда Садыгова, Рашад Джабраилов, Эльхан
Шукюров, Асли Мамедова, Хавер Исмайлова, Рейхан Амирова, Рустам Зульфугаров,
Акиф Алиев, Шахла Гумбатова, Бахруз Байрамов

Потерпевший: Огтай Оруджев

Поселок Нардаран, который находится в 40 км от Баку, отличается низким уровнем жизни
жителей и острой проблемой безработицы. В тоже время именно в Нардаране находится
одна из самых почитаемых шиитами Кавказа мечетей, основанная в VIII веке. Нардаран
отличается от других бакинских сел своей религиозностью. В 2000, 2002 и 2006 годах
жители поселка проводили мирные акции протеста с социально-экономическими
требованиями. В июне 2002 г . полиция провела в поселке военную операцию, в результате
которой 28 человек получили ранения, один погиб. 23 человека были приговорены к
различным срокам заключения по сфальсифицированным обвинениям в шпионаже в
пользу Ирана, попытке насильственной смены власти и др. Однако в результате активной
работы правозащитников никто из осужденных не остался в заключение после 2005 года.
26 ноября 2015 г. в Нардаране была проведена очередная полицейская операция.
Вооруженные автоматами полицейские вошли в село и открыли шквальный огонь. В
результате погибло 6 человек, из них двое сотрудники полиции. Десятки граждан были
арестованы. МВД и Генеральная Прокуратура выступили с совместным заявлением, в
котором объясняли применение огнестрельного оружия против жителей села, как
операцию необходимую для обезвреживания преступной вооруженной группировки,
которая функционировала под религиозным прикрытием, планировала массовые
беспорядки, террористические акты и дестабилизацию общественно-политической
обстановки в республике.

Арестованные по «Нардаранскому делу» делятся на 4 группы: первая группа Нардаран -1,
в которую были включены председатель движения «Мусульманское единство» Талех
Багиров и еще 17 человек, были приговорены к длительным срокам заключения 20 июля
2017 года; вторая группа Нардаран-2, в которую были включены председатель Правления
движения «Мусульманское единство» Эльчин Гасымов и еще 11 человек, были
приговорены к длительным срокам заключения 28 декабря 2017 года; третьей группе
Нардаран-3, в которую были включены ученый-теолог Зульфугар Микаилов и 11 человек,
приговор был вынесен 6 декабря 2017 года. Отметим, что судебный процесс над четвертой
группой Нардаран-4 пока продолжается в Бакинском Суде по тяжким преступлениям
(обвиняемые по делу Эльхан Искендеров и Абульфаз Буньядов).

Судебный процесс над группой Нардаран-3 продолжался с 17 января 2017 года по 6
декабря 2017 года. Среди обвиняемых ученый-теолог Зульфугар Микаилов и еще 11
человек. Согласно обвинительному акту, обвиняемые, в частности Зульфугар Микаилов, с
2015 года в составе незарегистрированной организации «Мусульманское единство» под
руководством Талеха Багирова (обвиняемый по делу Нардаран-1) совершали деяния,
направленные на насильственное изменение государственного строя, попытку создания
религиозного государства, управляемого шариатом, оглашали призывы к терроризму и
массовым беспорядкам, а также совершили и другие тяжкие преступления.

На подготовительном заседании адвокаты обратились к суду с ходатайствами о
прекращении уголовного дела в отношении их подзащитных и изменении мер пресечения в
виде ареста на альтернативную меру, не связанную с арестом. В удовлетворении
ходатайств было отказано. На рассмотрении дела по существу обвиняемые рассказали о
пытках в заключении в период следствия, как их заставляли под пытками признаться в
инкриминируемых преступлениях, о том, как была проведена 26 ноября 2015 г.
полицейская операция в Нардаране, как полицейские застрелили 6 человек, включая двоих
сотрудников полиции.

В ходе судебного процесса в качестве свидетелей стороны обвинения выступили
сотрудники Главного Управления по борьбе с организованной преступностью МВД
Азербайджана Эмин Сафаров, Хатам Алиев и Эльшан Джамалов. Они дали показания по
эпизоду задержания Зульфугара Микаилова. Эмин Сафаров показал, что при задержании
З.Микаилова при нем было обнаружено оружие. Он также показал, что во время
проведения обыска в доме Микаилова были обнаружены 2 взрывчатки, 2 воспламенителя
взрывчатки и книжка-обращение Талеха Багирова.

З.Микаилов полностью опроверг эти показания и заявил, что у него в доме не было
взрывчаток. На очередном судебном слушании адвокат Акиф Алиев обратился к суду с
ходатайством о вызове и допросе в качестве свидетелей главу Исполнительной власти
Лянкяранского района Талеха Гарашева, бывшего начальника Лянкяранского РУП
Мохаббата Гусейнова, бывшего заместителя бывшего начальника Лянкяранского РУП
Эльчина Сафарова, сотрудника Лянкяранского РУП Гусейна Гусейнова, а также понятых,
всех, кто проводил задержание и обыск на квартире З.Микаилова. Адвокат также просил
назначить почерковедческую экспертизу. Адвокат также просил пригласить в качестве
свидетеля арестованного по делу Нардаран-1 Талеха Багирова. Прокурор счел ходатайства
адвоката необоснованными и просил суд не удовлетворять их. Суд принял решение об
отказе в удовлетворении.

Адвокат выступил с очередным ходатайством вызвать в суд в качестве свидетеля
назначенного за счет государства адвоката Рагима Гурбанова, который подписал
протоколы и другие документы так, как это было выгодно следствию. Адвокат также
просил назначить почерковедческую экспертизу для проверки подлинности его подписей,
проверить находился ли Рагим Гурбанов 29 ноября 2015 года в Лянкярани, подать запрос
мобильному оператору для проверки антенных данных номера, находящегося в его
пользовании, а также другие ходатайства. Эти ходатайства также были отклонены судом.

12 марта 2017 года в ходе судебного процесса выступили арестованные в Гядже Мубариз
Ибрагимов, Джабир Алиев и Рузи Исмайлов. Они показали, что хотя в материалах дела их
представили как членов движения «Мусульманское единство», на самом деле они никогда
не были членами этого движения и не имели каких-либо связей с Талехом Багировым.
М.Ибрагимов показал, что с 17 лет совершает намаз, а 30 ноября 2015 года его задержали на
автомобильной заправочной станции. Из показаний М.Ибрагимова: «Они вдруг напали на
меня, открыли дверь машины со стороны водителя, а вытащили меня с другой двери и
увели. Они сделали это так, как будто уводят Бен Ладена, избивая и оскорбляя меня, надев
на руки наручники».

М.Ибрагимов также показал, что его привезли в Главное Управление полиции города
Гянджи, как его там пытали: «Один из них избивая меня, требовал признания вины. Я даже
не знал, в чем я должен признаться. Затем меня отвели в кабинет начальника полиции к
Расиму Гурбанову. Он мне сказал, что я должен выбрать между наркотиками и
взрывчаткой. Как будто я покупал картофель на базаре. И наркотики, и взрывчатку я
впервые увидел там. Я не согласился. Начальник начал меня избивать и оскорблять,
выплюнул воду изо рта прямо мне в лицо. Мне сказали, что со мной сделают так, чтобы
мне было стыдно».

Из показаний обвиняемого Джабира Алиева: «Меня вместе с моим отцом задержали на
рабочем месте и привезли в Главное Управление полиции Гянджи. Там, 8-9 человек
напали на нас и до 4-х утра избивали. Из чего состояли пытки, я не хочу говорить в
подробностях. Они вырвали по одному волосы на моем лице, потом сложив их в одну
кучу, принесли и положили передо мной. На руки мне надели наручники и поставили на
колени. У меня были сломаны зубы, кровь била мне в лицо. Пытая, таким образом, они
заставили меня дать ложные показания. Я никогда не видел в лицо Талеха Багирова, а
название организации «Мусульманское единство» я услышал только при аресте».

Из показаний обвиняемого Рузи Исмайлова: «Обвинения против меня сфальсифицированы.
Мало того, что нас избивали, так еще и террористами назвали. Когда меня привели в
Главное Управление полиции Гянджи, с меня стянули брюки и стали угрожать тем, что
совершат недостойные действия в отношении меня и распространят это. На нашу честь и
чувство собственного достоинства совершено нападение. Хорошо, что народ знает, что мы
не террористы. У меня скончался отец, моей матери угрожали в полиции. Я хочу знать,
почему нас арестовали и привели сюда? Я уверен в том, что аллах покарает тех, кто это
сделал». Р.Исмайлов показал, что наркотики и взрывчатка ему были подброшены самим
начальником полиции. «В официальной версии же говорится о том, что я нашел
взрывчатку в общественном туалете, когда шел в магазин за покупкой утюга. У меня дома
что, утюга не было? Меня столько били, что мои ноги были синего цвета. Четыре месяца
меня держали в Гянджинском изоляторе. За это время мне не разрешали видеться с семьей
и держать с родными связь по телефону».
18 сентября 2017 года прокурор, выступив с обвинительной речью, просил суд признать
всех обвиняемых виновными в предъявленных обвинениях и приговорить: Зульфугара
Микаилова к 18 годам, Фаига Аллахвердиева к 15 годам, Али Гусейнова к 14 годам,
Мехмана Гулиева к 15 годам, Мехмана Мамедова к 14 годам, Эльдара Буньятова к 14 годам,
Эльмана Агаева к 15 годам, Эльхана Гасанова к 14 годам, Рамиля Сейфуллаева к 15 годам,
Мубариза Ибрагимова к 15 годам, Рузи Исмайлова и Джабира Алиева к 16 годам лишения
свободы.

2 октября 2017 года судья объявил о выступлении адвокатов. Было заслушано выступление
адвокатов Фаига Аллахвердиева, Рузи Исмайлова и Рамиля Сейфуллаева. Защитники
заявили о фальсификации обвинений, и о том, что государственный обвинитель, не имея
неопровержимых доказательств, просил осудить их подзащитных на большие сроки.
Адвокат Фаига Аллахвердиева сказал, что в суде были допрошены только полицейские, у
защиты не было возможности допросить свидетелей, давших показания против
обвиняемых. Адвокат просил суд вынести оправдательный приговор в отношении своего
подзащитного.

Адвокат Зульфугара Микаилова, Рузи Исмайлова, Мехмана Мамедова и Рамиля
Сейфуллаева Шахла Гумбатова в своем выступлении подчеркнула тот момент, что все
обвиняемые были представлены обвинением как преступная группировка под названием
«Мусульманское единство». Она сказала, что эта организация создана в 2015 году в
соответствии с законом, как неправительственная организация, ее деятельность
осуществлялась в рамках закона. 11 января 2015 года организация была учреждена, а 13
января была проведена учредительная конференция, на которой был принят устав и
избраны члены Правления. Адвокат заявила о том, что для того, чтобы понять, что
организация «Мусульманское единство» не была преступной группировкой, достаточно
посмотреть ее устав. В первом пункте устава говорится о том, что «эта организация
независимая и является организацией, которая объединяет свободомыслящих людей,
желающих развитие Азербайджана». Ш.Гумбатова заявила, что вина ее подзащитных не
была доказана в суде, и просила суд вынести оправдательный приговор.
Выступление остальных адвокатов продолжилось 4 октября 2017 года, адвокаты просили
суд оправдать их подзащитных.
На судебном заседании 30 октября 2017 года обвиняемый Зульфугар Микаилов выступил с
последним словом. Он сказал: «Мы не сторонники междоусобиц, мы сторонники
справедливости (на азербайджанском языке “ədavət” означает междоусобица, “ədalət” -
справедливость). Нам вменяют статью за хранение оружия, однако не представляют каких-
либо доказательств. В деле имеются многоэтажные фальсификации. Мы смогли доказать то,
что оружие было нам подброшено. Второй ложью было то, что мы являлись членами
преступной группировки. Для того, чтобы это доказать, можно прослушать наши
телефонные переговоры. Мы на протяжении 10 месяцев просили суд представить
телефонные распечатки, однако этого сделано не было. Третьей ложью было обвинение в
терроризме. Для того, чтобы это доказать нужны дополнительные доказательства. Почему
эти обвинения предъявляют именно верующим? В Лас-Вегасе один человек убил 58
человек, однако его никто не назвал террористом. Четвертая ложь - это переворот. Для
того, чтобы это обвинение стало реальностью нужны 3 признака: источник
финансирования, оружие и техника. Для совершения переворота нужны политические
амбиции, цели. В нашем деле ничего этого не было. Большинство обвиняемых даже не
знают слова «амбиция», они не представлены в какой-либо партии. Я не Михайло из
произведения «На дальних берегах», я Микаилов. Это дело пойдет в Европейский суд, как
они тогда будут отвечать? Арестовываете верующих, у людей исчезает вера в суд,
полицию, прокуратуру». Тут судья прервал выступление Микаилова и потребовал
выступать по существу. Микаилов продолжил свою речь: «Испорченные отношения между
государством и религией - это измена государству. Орудие судьи - это справедливость. В
Азербайджане получить оправдательный приговор равносильно получению Нобелевской
премии». Из показаний обвиняемого Мубариза Ибрагимова: «Мы не совершали
преступлений, не изменяли государству. Со дня ареста я не видел своих родных. Нас
держат в заключении уже 2 года, этого не достаточно? Мы не изменим своих убеждений,
даже если нас приговорят к пожизненному заключению. Лапшина освободили, а нас все
еще держат». Обвиняемый Джабир Алиев: «Мы не за что уже 2 года находимся в
заключении. К нам применили самые страшные пытки. Однако не смогли доказать нашу
вину. В наших убеждениях нет никакого террора. Все, что написано в обвинительном акте,
все ложь. Я был похищен прямо с рабочего места. Меня пытали. Но я надеюсь на
справедливость». Остальные обвиняемые также заявили о непричастности к
предъявленным обвинениям и просили суд вынести оправдательный приговор.

6 декабря 2017 года Бакинский Суд по тяжким преступлениям вынес приговор 12
обвиняемым по делу Нардаран-3.

Зульфугар Микаилов был признан виновным в совершении преступлений,
предусмотренных нижеследующими статьями Уголовного Кодекса Азербайджанской
Республики:
· 28,214.2.1 (приготовление к совершению терроризма, совершенного
организованной преступной группировкой),
· 28,214.2.3 (приготовление к совершению терроризма, совершенного с применением
огнестрельного оружия)
· 214-2 (публичные призывы к терроризму)
· 220.2 (призывы к активному неподчинению законным требованиям представителей
власти и к массовым беспорядкам, а равно призывы к насилию над гражданами)
· 228.3 (незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение
оружия, комплектующих деталей к нему, боеприпасов, взрывчатых веществ и
взрывных устройств, совершенные организованной преступной группировкой)
· 228.4 (незаконные приобретение, сбыт или ношение газового оружия, холодного
оружия, в том числе холодного метательного оружия)
· 278 (насильственный захват власти или насильственное удержание власти)
· 279.1 (создание не предусмотренных законодательством вооруженных
формирований или групп)
· 281.2 (публичные призывы, направленные против государства, совершенные
неоднократно или группой лиц)
· 283.2.3 (возбуждение национальной, расовой, социальной или религиозной
ненависти и вражды, совершенное организованной группой).
Зульфугар Микаилов был приговорен к 17 годам лишения свободы с отбыванием
наказания в учреждении строго режима.

Обвиняемый Фаиг Аллахвердиев был признан виновным в совершении преступлений,
предусмотренных статьями 28,214.2.1, 28,214.2.3, 214-2, 220.2, 228.3, 228.4, 278, 279.1,
281.2, 283.2.3 Уголовного кодекса Азербайджанской Республики и приговорен к 13 годам
лишения свободы с отбыванием наказания в учреждении строгого режима.

Обвиняемый Али Гусейнов был признан виновным в совершении преступлений,
предусмотренных статьями 28,214.2.1, 28,214.2.3, 214-2, 220.2, 228.3, 228.4, 278, 279.1,
281.2, 283.2.3 Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики и приговорен к 12 годам
лишения свободы с отбыванием наказания в учреждении режима.

Обвиняемый Мехман Гулиев был признан виновным в совершении преступлений,
предусмотренных статьями 28,214.2.1, 28,214.2.3, 214-2, 220.2, 228.3, 228.4, 278, 279.1,
281.2, 283.2.3 Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики и приговорен к 13 годам
лишения свободы с отбыванием наказания в учреждении строгого режима.

Обвиняемый Мехман Мамедов был признан виновным в совершении преступлений,
предусмотренных статьями 28,214.2.1, 28,214.2.3, 214-2, 220.2, 228.3, 228.4, 278, 279.1,
281.2, 283.2.3 Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики и приговорен к 12 годам и
3 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в учреждении строгого режима.

Обвиняемый Эльдар Буньятов был признан виновным в совершении преступлений,
предусмотренных статьями 28,214.2.1, 28,214.2.3, 214-2, 220.2, 228.3, 228.4, 278, 279.1,
281.2, 283.2.3 Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики и приговорен к 12 годам и
3 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в учреждении строгого режима.

Обвиняемый Эльман Агаев был признан виновным в совершении преступлений,
предусмотренных статьями 28,214.2.1, 28,214.2.3, 214-2, 220.2, 228.3, 228.4, 278, 279.1,
281.2, 283.2.3 Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики и приговорен к 13 годам
лишения свободы с отбыванием наказания в учреждении строгого режима.

Обвиняемый Эльхан Гасанов был признан виновным в совершении преступлений,
предусмотренных статьями 28,214.2.1, 28,214.2.3, 214-2, 220.2, 228.3, 228.4, 278, 279.1,
281.2, 283.2.3 Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики и приговорен к 12 годам и
3 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в учреждении строгого режима

Обвиняемый Рамиль Сейфуллаев был признан виновным в совершении преступлений,
предусмотренных статьями 28,214.2.1, 28,214.2.3, 214-2, 220.2, 228.3, 228.4, 278, 279.1,
281.2, 283.2.3 Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики и приговорен к 13 годам
лишения свободы с отбыванием наказания в учреждении строгого режима.

Обвиняемый Мубариз Ибрагимов был признан виновным в совершении преступлений,
предусмотренных статьями 28,214.2.1, 28,214.2.3, 214-2, 220.2, 228.3, 228.4, 278, 279.1,
281.2, 283.2.3 Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики и приговорен к 13 годам
лишения свободы с отбыванием наказания в учреждении строгого режима.

Обвиняемый Рузи Исмайлов был признан виновным в совершении преступлений,
предусмотренных статьями 28,214.2.1, 28,214.2.3, 214-2, 220.2, 228.3, 228.4, 234.4.3
(незаконные приобретение или хранение в целях сбыта, изготовление, производство,
переработка, перевозка, пересылка либо сбыт наркотических средств или психотропных
веществ в крупном размере), 278, 279.1, 281.2, 283.2.3, 315.2 (сопротивление или
применение насилия в отношении представителя власти с применением насилия, опасного
для жизни или здоровья) Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики и приговорен
к 15 годам лишения свободы с отбыванием наказания в учреждении строгого режима.

Обвиняемый Джабир Алиев был признан виновным в совершении преступлений,
предусмотренных статьями 28,214.2.1, 28,214.2.3, 214-2, 220.2, 228.3, 228.4, 234.4.3, 278,
279.1, 281.2, 283.2.3 Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики и приговорен к 14
годам лишения свободы с отбыванием наказания в учреждении строгого режима.

Комментарий юриста-эксперта:

Судебный приговор является незаконным, необоснованным и негуманным. Из приговора
не ясно, на какие доказательства сослался суд, вынося обвинительный приговор. Суд
вместо того, чтобы обосновать приговор, полностью переписал текст обвинительного
заключения. Суд фактически обосновал приговор одним предложением: «Вина обвиняемых
Микаилова Зульфугара Садраддин оглы, Гулиева Мехмана Абульфаз оглы, Мамедова
Мехмана Судеф оглы, Буньятова Эльдара Али Ага оглы, Агаева Эльмана Сейдамир оглы,
Гасанова Эльхана Гейдар оглы, Сейфуллаева Рамиля Сулиддин оглы, Ибрагимова
Мубариза Эйуб оглы, Исмайлова Рузи Халиг оглы, Алиева Джабира Сабир оглы была
полностью доказана показаниями потерпевших лиц и свидетелей, а также другими
доказательствами, подтвержденными в суде».

Обвиняемые были представлены следствием как организованная преступная группировка.
Однако никто из обвиняемых не был членом движения «Мусульманское единство»,
некоторые из них впервые услышали имя Талеха Багирова, попав в заключение. Членство в
организации могло возникнуть только после соответствующего решения членов Правления.
При обыске офиса были изъяты все документы, касающиеся организации, но среди них не
было найдено ни одного относящегося к обвиняемым. При обыске домов, в которых
проживали обвиняемые, также не были найдены членские удостоверения. Свидетели,
давшие показания на процессе, подтвердили тот факт, что обвиняемые не были членами
организации. Следствие же не представило ни одного доказательства, доказывающего их
членство в «Мусульманском единстве».

Согласно статье 34.2. Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики (УК АР),
преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в
его совершении совместно участвовали два или более лица, заранее договорившиеся о
совместном совершении преступления. Статья 34.3. УК АР гласит: «Преступление
признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой
группой, состоящей из двух или более лиц, заранее объединившихся для совершения
одного или нескольких преступлений». В обвинении говорится о «группе лиц по
предварительному сговору» и «организованной группе».

В постановлении Пленума Конституционного Суда АР от 20 апреля 1999 года дается
толкование понятия «организованная группа». Уголовный Кодекс Азербайджанской
Республики предусматривает несколько видов преступной группы: «группа лиц», «группа
лиц по предварительному сговору» и «организованная группа».

В постановлении Пленума Конституционного Суда АР говорится о том, что «группу лиц
по предварительному сговору» и «организованную группу» от простой группы лиц
отличает наличие признака предварительного сговора с целью совершения преступления.
«Мусульманское единство» не подходит под те признаки, которые указаны в нормах УК АР
и в постановлении Пленума Конституционного Суда. Движение «Мусульманское
единство» в официальном порядке обращалось в Министерство Юстиции за регистрацией,
однако им неоднократно в этом отказывали, не указав оснований. Естественно, что никакая
преступная группировка не будет обращаться в Министерство за регистрацией. В
материалах дела имеется письмо главы Государственной Службы Безопасности АР Мадата
Гулиева о том, что для того, чтобы стать членом организации, граждане должны были
заполнять бланки. Возникает вопрос: зачем для того, чтобы стать членом преступной
группировки, нужно заполнять напечатанные бланки?

Этот слабый, не доказанный материалами дела, аргумент обвинения был принят судом.
С другой стороны, если следственный орган и суд согласны с тем, что движение
«Мусульманское единство» является террористической организацией, то тогда почему
были арестованы только некоторые члены движения, а не все 600-700 человек.
Из материалов дела и показаний обвиняемых видно, что следствие проводилось с
тотальными, грубыми нарушениями закона. Подробное описание обвиняемыми пыток и
бесчеловечного обращения говорит о том, что была нарушена статья 9.2. УК АР, согласно
которой «наказания и другие меры уголовно-правого характера, применяемые к лицу,
совершившему преступление, не могут иметь характер, либо цель пытки или другого
жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения». Статья 3
Европейской Конвенции по защите прав человека и основных свобод также запрещает
пытки и бесчеловечное обращение. Все статьи Европейской Конвенции имеют
исключения и ограничения, кроме статьи 3. Ни при каких условиях применение пыток не
может быть оправданным.

Для того чтобы плохое обращение представляло собой нарушение статьи 3, оно должно
достигнуть минимального уровня жестокости. Статья 3 Европейской Конвенции содержит
различные понятия: бесчеловечное, унижающее достоинство обращение; бесчеловечное,
унижающее достоинство наказание. Что касается пыток, то они представляют собой
отягченную форму бесчеловечного обращения. «Суд напоминает, что обязанность,
возложенная на внутренние власти в силу Конвенции, предоставить эффективное средство
правовой защиты лицу, которое заявляет требование о нарушении статьи 3, не означает
необходимость наложения санкций любой ценой на чиновников, замешанных в плохом
обращении, о котором утверждает лицо. Конвенция требует лишь "расследования,
способного привести к установлению и наказанию ответственных лиц". В
этом смысле Суд полагает, что компетентные власти (...) исполнили бы свои обязанности в
силу Конвенции, начав уголовный процесс против полицейских, которых назвал
посредник в своем отчете, каким бы ни был исход этого процесса» (из судебного
постановления ЕСПЧ по делу Эгмез против Кипра, параграф 70).
https://www.legal-tools.org/en/browse/record/d3a3c5/

В ходе судебного процесса обвиняемые неоднократно рассказывали о страшных пытках,
которые к ним применялись сотрудниками следственных органов. Однако судьи не
проявили инициативу в расследовании пыток. Обвиняемые подвергались пыткам в
Управлении полиции Сабунчинского района города Баку, в Главном Управлении по
борьбе с организованной преступностью МВД Азербайджана и Главном управлении
полиции города Гянджи.

Признательные показания были получены путем пыток и бесчеловечного обращения. Все
доказательства, собранные и представленные стороной обвинения вызывали глубокие
сомнения в их подлинности. Статья 124 Уголовно-Процессуального Кодекса
Азербайджанской Республики (УПК АР) предусматривает требования к доказательствам.
Так, доказательствами по уголовному преследованию признаются заслуживающие доверия
улики (сведения, документы, вещи), полученные судом или сторонами уголовного
процесса. Эти доказательства:
124.1.1. должны быть получены с соблюдением требований уголовно-процессуального
законодательства без ограничения конституционных прав и свобод человека и гражданина
либо с ограничением по постановлению суда (а в случаях, не терпящих отлагательства,
предусмотренных настоящим Кодексом - по постановлению следователя);
124.1.2. должны показывать, имело ли место событие преступления, имеются ли признаки
преступления в совершенном деянии, было ли совершено данное деяние обвиняемым, его
виновность или невиновность, а также иные обстоятельства, имеющие значение для
правильного разрешения обвинения.

Кроме того, уголовно-процессуальный закон регулирует допустимость доказательств.
Согласно статье 125.1. УПК АР, сведения, документы и другие вещи могут быть приняты в
виде доказательств при отсутствии сомнений в их действительности, источнике
образования и обстоятельствах получения.

В статье 125.2. УПК АР указано в каких случаях доказательства являются недопустимыми:
· Полученные с лишением или ограничением участников уголовного процесса их
гарантируемых законом прав, в нарушение конституционных прав и свобод
человека и гражданина либо иных требований настоящего Кодекса, что должно или
может повлиять на действительность этих доказательств; (статья 125.2.1.УПК АР)
· с применением насилия, угрозы, обмана, пыток и других жестоких, бесчеловечных
или унизительных действий; (статья 125.2.2. УПК АР).
Все обвиняемые признались, что в ходе следствия дали признательные показания под
пытками. По этому поводу имеется решение Европейского Суда по правам человека
(ЕСПЧ) против Азербайджана. Так, в решении ЕСПЧ по делу «Панах Гусейн и другие
против Азербайджана» от 26 июля 2011 года говорится: «Принцип справедливости и
состязательности требует то, чтобы национальные суды уделяли больше внимания
показаниям, данным свидетелями в суде, чем показаниям, данным на следствии, потому
что их показания, данные во время следствия, не могут быть признаны заслуживающими
доверия».
http://echr.ketse.com/doc/35485.05-35680.05-36085.05-45553.05-en-20110726/view/

Ход процесса показал, что помимо вышеуказанных международных норм, также были
нарушены следующие статьи Европейской Конвенции: статья 5(1) (право на свободу и
личную неприкосновенность), статья 6(1) (право на справедливое судебное
разбирательство), статья 6(2) (презумпция невиновности), статья 6(3) пункты b) (иметь
достаточное время для подготовки своей защиты), c) (защищать себя лично, либо
посредством выбранного им самим защитником) , d) (допрашивать показывающих против
него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и иметь
право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей,
показывающих против него) .

Согласно статье 21.2. УПК АР, признание лица виновным недопустимо даже при наличии
основательных подозрений в его виновности. В соответствии с положениями настоящего
УПК АР сомнения, которые при доказывании обвинения невозможно устранить в рамках
соответствующей правовой процедуры, разрешаются в пользу обвиняемого
(подозреваемого). Точно также в его пользу должны разрешаться и сомнения, не
устраненные при применении уголовного и уголовно-процессуального законов.
Очевидные сомнения, возникшие в ходе процесса, не были разрешены в пользу
обвиняемых. Кроме того, многочисленные, непосредственно относящиеся к делу
ходатайства защиты не были удовлетворены судом. Хотя в соответствии со статьей 121.2.
УПК АР, постановление, принятое по ходатайству или просьбе, должно быть
мотивированным и содержать оценку доводов заявителя. Не могут быть отклонены
ходатайства и просьбы, направленные на всестороннее, полное и объективное выяснение
всех связанных с уголовным преследованием обстоятельств в рамках надлежащей правовой
процедуры, на восстановление нарушенных прав и законных интересов участников
уголовного процесса и других участвующих в уголовном процессе лиц.

Учитывая выше изложенное, видно, что при рассмотрении данного уголовного дела, суд
нарушил целый ряд весьма важных материальных и процессуальных норм,
предусмотренных национальным законодательством, фундаментальные нормы
Европейской Конвенции и не принял во внимание прецеденты Европейского Суда,
которые носят обязательный характер для стран-участниц Совета Европы.
Бакинский Суд по тяжким преступлениям вынес приговор 12-ти обвиняемым по так называемому делу «Нардаран-3»
+ еще 4 человек
Агаев Эльман
Сейдамир оглу
Алиев Джабир
Сабир оглу
Гасанов  Эльхан Гейдар оглу
Ибрагимов Мубариз Эйюб оглу
Исмайлов Рузи
Халиг оглу
Буньядов Эльдар Алиага оглу
Сейфуллаев Рамиль Сулиддин оглу
Микаилов Зульфугар Садраддин оглу